Лукьянов, Павел Изотович

Материал из Wiki
Перейти к: навигация, поиск

К 100 летию со дня рождения

Содержание

Ровесник МИХМа

КТО ЕСТЬ КТО в Московской Государственной Академии химического машиностроения (1994 г.). Дополнено портретом и отдельными показателями.
Сайт: [1] 2019 г.

Памяти Учителя

Павел Изотович Лукьянов – выходец из крестьянской семьи из Владимирской области.
Он поступил в MИХМ в 1938 г. После окончания института работал на монтаже Губахинского азотно-тукового завода, восстанавливал разрушенное немцами
коксохимическое производство в Горловке. Инженер-механик цеха, начальник смены.
А с 1946 года снова в МИХМе, но уже в аспирантуре при кафедре "Искусственного жидкого топлива". После защиты кандидатской диссертации – работа в ЭНИН АН СССР, в НИИ синтетических спиртов и органических продуктов, в ГНТК СССР, в НИИХИММАШе.
С 1960 года Павел Изотович возвращается в МИХМ. Доцент, профессор, заведующий кафедрой "Машины и аппараты органических производств"
(с 1970 по 1986 гг.) , a после объединения с кафедрой "Химической переработки топлив" – профессор этой кафедры.
В 1966 году он защищает докторскую диссертацию.
Старейший работник университета профессор, д.т.н. П. И. Лукьянов – автор свыше 150 научных публикаций, 40 изобретений, нескольких монографий.
Он один из крупнейших специалистов в механике сыпучих материалов, создавший оригинальное направление исследований в этой области, позволившее
и ему самому и многочисленным его ученикам получить ряд впечатляющих результатов.
На его работах было воспитано не одно поколение инженеров-механиков и научных работников.
Павел Изотович был в высшей степени увлеченный человек, заражавший своим оптимизмом всех, кому приходилось иметь с ним дело.
Последние годы он активно разрабатывал проблему естественного процесса самоорганизации неживой природы, по которой планировал созвать
международную конференцию.
К сожалению, тяжелая болезнь оборвала эти и многие другие его планы и мечты.
(В.С. Карпов, 26.11.1998)

Лукьянов РГБ.jpg


Воспоминания о счастливом человеке

Николаева (Лукьянова) Наталия Павловна

К столетию со дня рождения д.т.н., профессора
Лукьянова Павла Изотовича

02.01.1920 – 26. 11.1998

«Мы прожили нелегкую, но такую интересную и счастливую жизнь».
П.И.Лукьянов

Я долго не могла собраться с силами, чтобы начать писать о папе. Прошел уже 21 год, как он ушел, а у меня перед глазами стоят страшные последние два месяца его жизни и тот день, когда он внезапно упал и больше не встал уже никогда. Мы еще надеялись на чудо, а он, надиктовывающий нам с сестрой в палате больницы свои мысли по работе всей его жизни, уже понимал , что времени остается совсем мало. « А не кажется вам, что это окончание жизни»- сказал он, видя наши бессмысленные усилия по его спасению.
Потому что еще три года до этого он пришел в Ленинскую библиотеку и все прочитал о своем диагнозе, неожиданно поставленном врачами. Он знал, что при миеломной болезни крови надежды нет! Приговор – максимум три года. А мы бились, не отходили от него ни на минуту, поочередно сменяя друг друга. Мама, сестра Олечка и я были около него день и ночь. Вся семья, которую он создал и обожал, весь наш клан были около своего Патриарха,
как мы его все называли.

Он жил и умер счастливым человеком.

---------------------------------

Папа родился в бедной крестьянской семье в 1920 году в селе Ельцы, Юрьев-Польского района Владимирской области. Существует единственная фотография из его детства и отрочества. Мальчик в тулупе с книжками в руках – будущий профессор Лукьянов П.И.

Школьные годы, г. Юрьев - Польский. Фото 1931 г.


Родители Елена Федоровна и Изот Андреевич были малограмотными крестьянами.
Мать – сирота из приюта. Об отце известно, что приехал он с молодой женой в село из г. Гусь-Хрустальный.
После раскулачивания, (в семье были лошадь и корова), работал в колхозе пастухом. Знаменит был тем, что слыл в округе колдуном, ибо умел заговаривать зубы и помогать в болезнях. Папа вспоминал, что приходили люди и просили, например, чтобы корова давала больше молока. И якобы он помогал. Но мог и навредить, поэтому и побаивались его.
Дед рано умер и мы с сестрой его никогда не видели. Похоронены они с бабушкой на маленьком деревенском кладбище среди распаханных полей. Папа всю жизнь, каждый год 21 июля, в престольный праздник их села: Иконы Казанской Божьей Матери, ездил на родину, на могилу родителей. Природа там удивительная! Речка, поля, дубравы. Ополье. Папа рассказывал, как будучи мальчиком, он уходил в луга, ложился и смотрел на летающих жаворонков. Это воспоминание осталось у него на всю жизнь.
Дома, в котором он родился, уже не было. Но остался участок земли, заросший владимировскими вишнями. И папа взял его в аренду, и мы даже однажды ездили его огораживать тут же вырубленными слегами. Больше конечно отмечали прямо около палаток это важное для Патриарха событие. Нам, в общем-то, это и не нужно было, но видя как счастлив папа, мы с удовольствием ему подыгрывали.
Папа обожал эти свои поездки. Заранее собирался, мы видели, как его охватывает какое-то волнение и возбуждение перед поездкой. Сначала он ездил один, а потом уже в течение примерно 10 лет с ним ездили мы с нашими мужьями. Удивительно, как ненавязчиво, без всякого насилия над нами, он привил любовь к этому дню нам. И вот уже без него, 21 год в любую погоду, порой по страшному бездорожью (единственная дорога к практически вымершему селу идет через распаханные поля), мы с такой же радостью и волнением едем ухаживать за могилой наших предков. В это село, олицетворяющее для нас Родину, свозили мы папиных внуков, а в этом году и правнука его. Чтобы и после нас продолжалась эта наша семейная традиция в память о корнях наших.
А «Казанка», как говорил папа, остается для нас самым любимым летним праздником, который мы всегда нашей разросшейся семьей отмечаем после возвращения на даче в Покровке. И первый тост всегда за нашего дорогого Патриарха.

---------------------------------

Павел был младшим ребенком в многодетной семье. Мы долго не могли понять, почему у папы проколото одно ухо. Оказывается, младшему сыну вешали сережку, тем самым показывая, что это кормилец и опора родителей в старости. Он им и стал. В крестьянской, малограмотной семье родился одаренный мальчик, любознательный и стремящейся к знаниям. Когда он в селе закончил первые классы, пришлось дальше учиться в г. Юрьев-Польский.
А это 10 км от села. Сняли ему коморку в городе, навещал его иногда старший брат Володя, привозил картошку и молоко. Иногда папа, повзрослев немного, уже сам приходил домой пешком, если не удавалось подъехать на попутной телеге или машине. Брата старшего всегда вспоминал с теплотой.
Когда папа поехал поступать в институт, Володя, работая уже учителем, дал ему денег на первое время и купил лыжной костюм, в котором тот и поступил в МИХМ.
Надо отметить, что все четыре сына в семье получили образование. Старший Владимир окончил педагогический институт. Он пропал без вести в ВОВ. Два других брата окончили техникумы. В селе с родителями остались две сестры, всю жизнь проработавшие в колхозе.

---------------------------------

В школе, как рассказывал папа, очень повезло с учителями. Как они оказались в этом городке, папа не знал. Но это были интеллигентные, просвещенные люди, преданные своему делу. « Можно взойти?» однажды спросил папа. « Выйди из класса, нехороший мальчик, и подумай, как надо правильно сказать» – ответил учитель. Всю жизнь, смеясь, вспоминал папа слова этого старого учителя литературы, который сразу заметил прекрасные способности паренька и его стремление учиться. Это он привил ему любовь к чтению и музыке. Всю жизнь, благодаря прекрасной памяти, папа помнил наизусть понравившиеся ему произведения. Он внутренне чувствовал особо красивые места и запоминал их. Обладая красивым голосом, он прекрасно декламировал. И старый учитель в шутку предсказывал ему карьеру диктора радио. Еще этот же учитель организовал в школе оркестр. А папа обладал абсолютным слухом. Не зная нот, услышав понравившуюся мелодию, он мог сесть и тут же ее наиграть. Мы, его дочери, окончившие музыкальные школы , всегда с восхищением слушали как он играет на пианино. В школе пианино в те далекие времена не было, и папа играл в оркестре на домре. Именно учитель настойчиво рекомендовал Павлу Лукьянову учиться дальше. И папа, легко с отличием закончив 7 классов, поехал учиться в техникум в г. Кольчугино сразу на второй курс. Техникум закончил экстерном за два года.

---------------------------------

Встреча выпускников МИХМа. Второй справа – Лукьянов П.И., далее – Лихтер Л.С., далее – Лукьянова В.В. (супруга Лукьянова П.И.). Фото 1965 г.


И в 1938 году Павел поступает в МИХМ. Почему в МИХМ? Папа смеялся всегда, говорил, что, наверное, конкурс был маленький и от вокзала, на который он приехал, недалеко. А рисковать было нельзя, денег не было и помощи ждать не от кого. Жил в общежитии. Чем больше я читаю в «Книге памяти» МИХМа воспоминания о его коллегах-современниках, ставших впоследствии учеными, профессорами, доцентами, тем больше я восхищаюсь и горжусь своим отцом! Какой разный старт был у всех! Нищий, полуголодный студент, работающий по ночам на разгрузке вагонов за кусок хлеба, умудрялся прекрасно учиться, всем интересоваться. «Всегда с развивающейся копной кудрявых волос и с книжками в руках» – вспоминала его одногруппница О.Бильжо о Пашке Лукьянове. В комнате общежития папа жил вместе со своим сокурсником Львом Лихтером. Левка Лихтер – всю жизнь называл его папа. Умный, добрый, веселый товарищ студенческих лет. Папа рассказывал, какие пиры они устаивали, когда Льву из дома присылали посылки с продуктами. И смеялся, что Левка мог сразу съесть кастрюлю каши. Со Л.С. Лихтером они встретились опять уже после войны в МИХМе, вместе работали и дружили еще много лет.

---------------------------------

П.И.Лукьянов – начальник смены, г. Горловка. Фото 1944 г
Суханова В.В. – супруга П.И.Лукьянова (в верхнем ряду в центре), г. Горловка. Фото 1945 г.


Когда началась война, папа перешел на 4 курс института. В октябре 1941 года Приказом Сталина Наркохимпрому была объявлена эвакуация Сталиногорского азотно-тукового комбината ( г. Новомосковск, Тульской обл.). Приказом обязывали обеспечить инженерно-техническим персоналом для перевозки оборудования и материалов первой очереди предприятия. Студентам старших курсов, отобранных по этому приказу, дали бронь и отправили на эвакуацию и сборку цехов в местах эвакуации. Папа был откомандирован сопровождать оборудование в г. Чирчик, Ташкентской ж.д. В 1942-1943 гг. откомандирован на отгрузку оборудования Губахинского АТЗ для Горловского АТЗ. За свой труд в это время он был награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.». В 1944 году его откомандировали в г. Горловка на восстановление и работу Азотно-тукового завода, где началась его новая жизнь.

---------------------------------

Главное событие его жизни произошло в летом 1945 г., когда в Горловку по распределению из г. Дзержинска Горьковской обл. приехала Вера Суханова. Мама рассказывала, как они, четыре подружки, сели на крыльце общежития и заревели. Перед ними была улица с домами без крыш. Все было разбомблено. В общежитии они с папой и познакомились. Ребята из соседней комнаты пришли их успокаивать. Впоследствии папа отодвинул всех ее образовавшихся поклонников в сторону и через год родители в обеденный перерыв расписались. Никому не сказали, денег на свадьбу не было, жили в разных комнатах. И только в конце 1946 г., когда папе пришел вызов из Москвы в аспирантуру, признались. Завод выделил мешок картошки и ведро разбавленного спирта. Свадьбу гуляли всем общежитием.

---------------------------------

Мама была для папы самой большой удачей его жизни. Хорошенькая хохотушка, с добрым, легким характером стала его счастьем на долгие 52 года. Сама из раскулаченной семьи, выгнанной из большого зажиточного дома, она сохраняла и распространяла оптимизм на свое окружение всю свою жизнь. Поэтому около нее всегда всем было очень комфортно. Мамин отец был купцом 3 гильдии. Семья была многодетная: 11 детей (8 своих и 3 приемных), мама самая младшая. Жили обеспеченно, имели плодовые сады, торговали, была лавка в районном центре. Работали все от мала до велика. В сезон нанимали рабочих. Потом все у них отобрали, разграбили, младших детей с бабушкой выгнали из дома. Маме было тогда всего пять лет, но на всю жизнь она запомнила, как плакала ее старенькая бабушка. Приютила семья старшей замужней сестры. Родители успели убежать, родственники предупредили. Кое-что из вещей через какое-то время бабушка собрала по соседям, но основное было разграблено. А из их большого дома, построенного еще маминым дедом, впоследствии сделали молокозавод. Маминых родителей лишили гражданских прав и только в 1938 г. восстановили. Долго за мамой тянулся след «раскулаченной семьи» и дочери «лишенцев». Бабушка с дедушкой часто гостили у нас, приезжали из г. Дзержинска, где они жили с семьей сына. Папа очень любил разговаривать с дедом, а тот с удовольствием рассказывал о своей прошлой жизни. Были старики очень верующими людьми, как теперь мы понимаем из староверов. Остались от них старые религиозные книги с медными застежками, которые часами читал дедушка. И очень горевала бабушка, что мы, пионерки, в Бога не верим. Я помню, что однажды даже заплакала, когда я ее убеждала, что Бога нет.

---------------------------------

В 1946 году папа поступил в аспирантуру МИХМа, там же работал по совместительству инженером-конструктором. В общежитии семейным комнату в то время не давали, своего жилья не было, снимали комнату то в одном, то в другом месте. Переезжали легко, благо вещей было два чемодана, один из них с папиной технической литературой. Жили радостно, несмотря на тяжелые бытовые условия. Наверстывали в Москве то, что недополучили раньше: ходили в театры, кино, на выставки, встречались с появившимися друзьями. Мама работала в химической лаборатории института им. В.А. Вишневского. Обладая удивительной способностью создавать уют в любом месте, несмотря на ограниченные возможности, она и в съемном жилье умудрялась обеспечивать папе красоту, комфорт и тепло своего дома. Папа всю жизнь очень ценил это ее умение, доверял ее разумности и вкусу и никогда не лез в «бабские» дела. Она всегда «вила гнездо», создавала внутреннюю и внешнюю красоту их дома, воспитывала детей, а он занимался наукой и зарабатывал деньги. Денег, конечно, не хватало, ведь все приходилось приобретать с «нуля». Папа долгие годы подрабатывал в ВИНИТИ переводами технических патентов. Языки выучил сам, легко переводил с трех языков: английского, немецкого и французского. Я помню, как я девочкой ходила на почту отправлять бандероли в ВИНИТИ с его переводами. Практики разговорного языка в то время у него, конечно, не было. Интересно, что когда ему было 72-73 года, в МИХМе организовали курсы английского языка, и он ходил на эти курсы вместе с молодежью, стремясь улучшить свою разговорную речь.

---------------------------------

Доцент МИХМа. Фото 1969 г.

В 1949 году папа успешно защитил в МИХМе кандидатскую диссертацию. После этого работал в Энергетическом институте АН СССР, в Научно-исследовательский институте синтетических спиртов и органических . Занимался исследованиями и в 1954 г. получил звание старшего научного сотрудника. В 1955 г. был откомандирован в Государственный комитет по новой технике Совмина СССР (в дальнейшем ГНТК). ГНТК сыграл в судьбе папы огромную роль. Здесь он познакомился с Александром Николаевичем Плановским, который стал его старшим товарищем и покровителем. А.Н. Плановский сразу заметил талантливого и упорного молодого ученого. Они другу были интересны, и их ненавязчивое товарищество продолжалось всю жизнь. Александр Николаевич очень помог моим родителям, за что папа был очень ему благодарен.

Доцент МИХМа. Фото 1969 г. С дочерями около дома на ул. Строителей. Фото 1961 г.

Папа был уже к.т.н., ст.н.с., уже родились мы, его дочери, а семья все скиталась по съемному жилью. После моего рождения в 1952 г. сняли крохотную комнату в п. Вишняково Курск.жел.дороги, а когда родилась сестра, сняли там же в дачном поселке две комнаты. Я помню эти комнаты, этот поселок. Папа тепло всегда отзывался о жизни в этом подмосковном поселке. Им с мамой всегда везде было счастливо. Вспоминал, как мы с мамой встречали его с электрички, вспоминал, как все шли через лес, он держал младшую Олечку на плечах и они пели популярные песни. Прожили мы там 7 лет. В архиве семьи хранится письмо, написанное А.Н. Плановским на имя председателя ГНТК Совмина СССР, описывающее тяжелые бытовые условия жизни перспективного ученого П.И.Лукьянова, с просьбой включить его в список на получение жилья по резерву ГНТК. Благодаря этому в 1959 г. родители получили свое первое жилье: две комнаты в коммуналке в районе м. Университет. Это было долгожданная, выстраданная радость. Они стали москвичами, а я пошла в первый класс московской школы.

---------------------------------

К этому времени А.Н. Плановский уже работал в МИХМе, возглавлял кафедру «Процессы и аппараты химической технологии». И он рекомендовал папе тоже перейти на работу и МИХМ. В 1960 г. папа по конкурсу был избран на должность доцента. Мы с сестрой помним день, когда в 1964 г. папа защитил докторскую диссертацию. Тогда мы, двенадцатилетняя и семилетняя девочки, зная, что у папы сегодня ответственный день, ждали его во дворе нашего дома. И вот через двор к нам идут папа с букетом цветов и А.Н.Плановский, Заслуженный деятель науки и техники, профессор. Шли вдвоем отмечать успешную папину защиту. Банкет был позже, когда утвердил ВАК. А в этот день они втроем с мамой на нашей маленькой кухне уже в Черемушках отмечали это событие. Пили коньяк и портвейн, который любил Александр Николаевич. И в последний год жизни Александра Николаевича папа, навещая его, приносил всегда ему бутылочку портвейна. Спасибо Вам, Александр Николаевич! Светлая память.

---------------------------------

Кафедра « Машины и аппараты органических производств» – победитель соц. соревнования. Фото 1975 г.
На первомайской демонстрации с доцентом МИХМа Никитиным. Справа В.В. Скачков. Фото 1969 г.

Работа в МИХМе принесла папе много удовольствия и удовлетворения. В 1964 году он защитил докторскую диссертацию, а 1966 году избран профессором кафедры «Машины и аппараты органических производств». С 1970 по 1986 гг. работал заведующим той же кафедры, а с 1986 г. профессором объединенной кафедры. Поскольку папа был потрясающе творческим и увлеченным человеком, постоянно находящемся в процессе самообразования, времени ему всегда не хватало. Поэтому безо всякого сожаления он уступил заведование кафедрой более молодому профессору Майкову В.П., к которому с большим уважением относился. Мы были очень рады такому изменению, поскольку освобождение от административной работы освобождало ему время для научного увлечения всей его жизни. Мы видели, какое удовольствие он получает от этой своей работы, какие всплески восторга он испытывает, выводя ту или иную формулу. Более счастливого человека, мне кажется, встретить тогда было невозможно.

---------------------------------

Последняя работа П.И.Лукьянова. Фото 1998 г.

Как я уже писала раньше, папа был творческим и увлеченным человеком. В силу своей природной энергии и любознательности он не мог, достигнув поставленной цели, остановиться и почивать на лаврах. Ему нужно было ставить другую цель и снова двигаться к ней. Так, защитив докторскую диссертацию, став профессором, заведующим кафедрой, написав несколько книг, воспитав учеников, т.е. решив профессиональную задачу, он , конечно же, продолжал читать лекции по проектированию реакторов для химической и нефтеперерабатывающей промышленности, постоянно совершенствуя их, добавляя в них современное содержание. Но ему все сложнее становилось оставаться в рамках только профессиональной деятельности. Так возникли его так называемые «увлечения». Само по себе такое явление не редкость, но в основном дополнительной сферой интересов творческих людей «от техники» становятся культура, архитектура, история и т.д. В случае с папой все было не так традиционно. Сначала его увлечения естественным образом вытекали из его предыдущей научной деятельности. Так, из механики сыпучих сред, в которой он был крупнейшим специалистом, основателем школы одного из направлений, он переместил сферу своих интересов в обоснование движения тектонических плит на нашей планете и объяснению движения материков. При этом для описания гравитационного погружения веществ были использованы зависимости механики сыпучих сред, полученные им ранее.

Позднее папа увлекся фундаментальными проблемами космологии, астрофизики и физики элементарных частиц. В своей теории, объединившей обе физические сферы, он предложил адекватную модель процесса воспроизведения гравитационной энергии, которая позволила по новому взглянуть единство инерции, электричества и гравитации. В 1997 году была издана брошюра «Воспроизведение гравитационной энергии – самоорганизация неживой природы», которая стала воплощением его идей, в которой излагается его модель и приведены примеры расчетов, подтверждающие ее адекватность. Я иногда задумываюсь – почему именно «космология» стала его последним увлечением, его страстью, его радостью? И невольно приходит на ум высказывание Иммануила Канта: «Две вещи на свете наполняют мою душу священным трепетом: звездное небо над головой и нравственный закон внутри нас». Материя живет по своим законам. Есть законы физики, которые объясняют, как взаимодействуют между собой объекты материи. Все, – от мельчайших частиц до планет и галактик, – находится в гармонии и развивается по этим законам. Ученые давно пытаются создать так называемую «теорию всего» – то есть уместить в одну систему все четыре вида фундаментальных физических взаимодействий – сильные, слабые, электромагнитные и гравитационные. Пока в фундаментальных вещах вопросов у науки гораздо больше, чем ответов. Но я горжусь тем, что мой отец среди тех, кто внес свой вклад в разработку этой «теории всего».

---------------------------------

В МИХМе для папы все шло хорошо и комфортно. Он читал лекции по механике сыпучих сред, по процессам и аппаратам химических производств, писал статьи, был членом ученого совета, вел аспирантов. Он стал автором более 150 научных публикаций, 40 изобретений, нескольких монографий. В МИХМе работали его товарищи по довоенной учебе: Н.Н.Варыгин, К.А.Салазкин, Л.С.Лихтер и другие. Папа нашел себе интересных собеседников, с которыми при встрече они обменивались мнениями совершенно в различных областях. Я помню, с каким почтением рассказывал о проф. А.Д. Домашневе, который в силу своего происхождения и воспитания хорошо разбирался в искусстве, играл на фортепиано. Папа, не зная нот, тоже мог играть на пианино по слуху, но понимая свою несостоятельность, отдавал дань уважения Андрею Дмитриевичу, считая того образцом интеллигентности и аристократизма. Вместе с тем какая-то природная тяга к прекрасному увлекала папу в букинистические магазины, где он покупал прекрасно изданные в то время альбомы с репродукциями известных художников. Постепенно у нас создалась небольшая библиотека из таких альбомов. Огромное удовольствие папа получал от встреч с Краммом Эдуардом Александровичем. Я не знаю, о чем они разговаривали, но это имя всегда звучало у нас в доме. Понятно было, что папа нашел глубокого, умного человека, созвучного его пониманию жизни. Несмотря на значительную разницу в возрасте, они, наверное, хорошо понимали друг друга. Папа очень ценил Эдуарда Александровича. Очень нравился папе Чепура Игорь Васильевич. Это был один из немногих людей, который хотел и пытался вникнуть в папину основную работу по « Самоорганизации неживой природы». Именно в Игоре Васильевиче папа нашел отклик и заинтересованность. В нем он увидел ум настоящего исследователя, способного выйти за рамки своей обыденной деятельности. Они много разговаривали и, как я понимаю, Чепура И.В. поддерживал папино стремление организовать конференцию в память о Джордано Бруно. Спасибо ему за приятные для папы часы. Светлая память.

---------------------------------

Родители создавали свой дом с нуля. Не было ничего, их родители ничем не могли им помочь. Тем радостнее и счастливее они были, когда их дом наполнился скромным благополучием. Нас учили музыке, фигурному катанию, домой приходил репетитор французского языка. Папа считал, что английскому языку он научит нас сам, немецкий мы должны были выучить в школе, а вот французский дома. Мечтатель! Он думал, что его девочки, хорошо учившиеся в школе, обладают такими же способностями и упорством как он. Девочкам хотелось многого, но никак не сидеть и учить сразу три языка. В результате хорошо мы не знали ни одного. Но папа не расстраивался. Он вообще не интересовался нашей учебой. Знал, что учимся хорошо, этого ему было достаточно. Мама, пока нас не вырастила до сознательного юношеского возраста, не работала. Поэтому дома у нас всегда было уютно, красиво и вкусно. Нам всегда хотелось бежать после школы домой, потому что там встречала нас мама. Мы были счастливыми детьми семьи, где никогда не было ссор и грубых слов. Были только мамочка, папочка, Наташенька и Олечка. И никак иначе. Я, прожив уже тоже большую жизнь, не встречала семей, где бы полностью отсутствовал повышенный тон в повседневной жизни, где не было нервозности и раздражения. А наши родители были просто созданы для такой семьи!

---------------------------------

Папа был очень закрытым и скромным человеком, полностью лишенный хвастовства и чванства. Мне даже было обидно, что когда его спрашивали, кто он и кем работает, он, будучи уже профессором, отвечал, что простой преподаватель или инженер. На мой вопрос «почему», он отвечал «зачем». А в Крым мы ездили на «ушастом» «Запорожце», на который родители скопили деньги. И папе было абсолютно безразлично, что другие имели более дорогие машины. Главное, что его любимая Верочка с детьми едут с дачи с удобствами, а не на электричке с рюкзаками на плечах. И он бы долго ездил на своем «Запорожце», если бы не проф. О.С. Чехов. Так получилось, что родители и проф. Чехов купили одновременно кооперативные квартиры на Юго-Западе в соседних домах. И кооперативные гаражи рядом. И Олег Синанович предложил папе ходить с ним в ГАИ отмечаться на Жигули. Так в семье через год появилась новая машина. А с семьей Чеховых они прожили оставшиеся годы по соседству, иногда встречаясь, заходя в гости, друг к другу.

---------------------------------

Строительство первого дачного дома. Фото 1958 г.

Еще работая в ГНТК, в 1956 году папа получил садовый участок по Ленинградской жел. дор., 8 соток. Прекрасное место в лесу около станции Покровка. Мама была против. Не было своего жилья, денег не хватало, а тут еще участок. Но именно это место стало нашим родовым гнездом навсегда. То, что родители совершили тогда трудовой подвиг, это однозначно. На срубленных деревьях вместо фундамента, из собранного, где только можно материала, создавался наш первый дом. Папа рассказывал, что когда во дворе ГНТК разбирали какой-то забор после стройки, разрешили сотрудникам забрать эти доски. И вот научные сотрудники тащили, как могли эти доски в Покровку. Из них папа построил большой сарай, но с большими, как просила мама окнами. Внутри мама создала, как она умела, райский уголок с салфеточками, половичками и непременной баночкой с цветами. Трудились всегда все. Папа корчевал лес, мама разбивала грядки, я, а потом и подросшая сестренка носили маленькими ведерками воду из ручья. «Если есть на Земле рай, то он где-то здесь рядом» – говорил уже позже папа, сидя за столом среди малины со своими книгами и бумагами.

Покровка. Поход за грибами. Фото 1961 г.

На этой даче, созданной его руками, выросли мы, его дочери, его внучка Олеся (Ольга) и внук Павел, названный в его честь и уже без папы его правнуки Петр и Алина. Сколько радости в жизни принесла она ему. Папа никогда не ездил в дома отдыха и санатории. Он не представлял себе лучшего места для отдыха и для его работы. Дружили с соседями. Окружение подобралось очень достойное. «Профессорский уголок» позже стали называть наш тупичок. За забором – участки МХАТа. У них шум, ссоры – творческие люди. А у нас тишина и мир все 63 года. Жизнь в те годы была на даче очень активная: ходили вместе за грибами, играли в пинг-понг, бадминтон, жгли костры. Папа учил нас печь картошку. Женщины ведрами варили варенье и ведь мы его съедали. Мы с папой ездили на озеро Сенеж с самодельными удочками из орешника ловить рыбу. Ему это доставляло огромное удовольствие. Очевидно, он вспоминал свое деревенское детство и речку Выкрос, где, как он рассказывал, они ведрами ловили раков.


---------------------------------

Заглавный лист экземпляра последней работы. Фото 1997 г.





А какие праздники устраивали наши родители! Каждый год все соседские дети и их родители ждали день рождения моей младшей сестренки. Потому что в этот день Павел Изотович, (а именно так, по имени отчеству все всегда называли его даже на даче) показывал придуманные им фокусы и сюрпризы. Это был праздник для всех с хороводами, песнями, пирогами. Пили в основном сухое болгарское вино «Гамза». Папа его любил, и у нас скапливалось за лето много пузатых бутылок в красочных оплетках. Потом на даче появился второй, а потом уже третий большой дом, где хватало места всей большой семье. Удивительно, но, только недавно разбирая папин архив, я нашла экземпляр папиной работы с вклеенной им дачной фотографией с подписью под ней. Такие экземпляры он по-разному подписал каждому члену семьи. Это мамин экземпляр. На фото я и маленькая сестренка в качающемся на орешнике, за неимением гамака, папином плаще. На заглавном листе его работы – главное в его жизни. Любимое занятие, любимая семья, любимое место.

---------------------------------

Родители сумели создать свой семейный клан, семью, которая существовала около них и для них. Они стали ядром этой большой семьи. Дети, зятья, внуки, родители зятьев – все вертелось вокруг этого ядра. В семье появились военные, врачи, дипломаты, журналисты, трое, обе дочери и старший зять, выпускники МИХМа. Папа был любимым и неоспоримым авторитетом для всех. За всю жизнь он никого не обидел и не унизил. Мы никогда не слышали его повышенного голоса. Но по его взгляду, из под очков порой, можно было понять, что ему что-то не нравится. Мы тут же корректировали свое поведение. Родителям повезло и с зятьями. Наши мужья не просто любили папу, они были его сыновьями, окружившими его заботой и вниманием. А он, например, порой тайком от нас ставил на пенечек за домом рюмочки с коньячком, накрывал газеткой и шептал им, где тайничок. Такие приятные мелочи приносили всем взаимное удовольствие. Папе повезло, что с грамотными, эрудированными нашими мужьями, ему всегда было интересно. Старший зять, Николаев Сергей Павлович, папин ученик, закончил его кафедру и кандидатская диссертация мужа была тесно связана с механикой сыпучих сред. Для разговоров у них было много общих тем, а главное Сергей единственный в нашей семье понимал, чем так увлечен папа. И папа с радостью всегда делился и мог разговаривать с ним на только им понятном языке. Я очень благодарна мужу за то, что он был папе настоящим другом, который подарил папе огромное количество счастливых часов. Младший зять, Осташев Андрей Сергеевич, офицер, дипломат, благодаря своему природному остроумию, эрудиции и кругозору смог быстро найти с папой общие темы для разговора. Несмотря на длительные зарубежные командировки, в которых по долгу службы он находился, связь между ними никогда не терялась. Им всем было комфортно друг с другом. А удивительная мудрость и выдержка всех не позволила ни разу в жизни поссориться.

.. С внуками Павлом и Ольгой. Фото 1989 г.

Папа с мамой очень помогли на первых порах нашим молодым семьям. Мама обладала феноменальной способностью экономить и копить деньги, и папа неожиданно для себя вдруг узнавал, что есть деньги на квартиру, например. Не привыкшие к роскоши они готовы были нам многое отдать. Поэтому мы благополучно разъехались по собственным домам. И родители всегда устраивали праздники уже для всей большой семьи. Мама накрывала вкусный стол с пирогами, беляшами и прочей снедью, папа готовил сюрпризы. Он мгновенно мог сочинить оригинальное стихотворное поздравление или просто наблюдение. А зачем нам деньги, нам деньги не нужны. А придет к нам старость, нам будут все должны. Особенно Олеся, она ведь каждый раз Гостинцы и подарки везет от нас в запас. – написал он про внучку Олесю. И много лет, уже собирая гостинцы его правнукам и праправнучке, мы вспоминаем этот стишок, сочиненный папой более 40 лет назад. К счастью наши молодые семьи быстро встали на ноги, и уже мы старались создавать родителям радостную и беззаботную жизнь. Нас успокаивает мысль о том, что еще при папе мы успели купить соседний участок в Покровке, и он так радовался этому. У них стало почти 20 соток, он вставал на границе двух бывших отдельных участков и смотрел как много у него земли. Крестьянского паренька это очень грело. Папа не любил ездить на машине, даже на дачу летом с работы он ездил на электричке. Ему нравилось и там, не теряя времени, сидеть и заниматься. Правда иногда забывал в вагоне или плащ, или шляпу. Когда же мы ехали на выходные, родителей везли мы уже на своих хороших машинах. Я помню, как он восхищался нашей первой иномаркой. А мы сейчас радуемся, что мы успели доставить ему и это удовольствие. « Как же мы хорошо с тобой живем»- говорил папа маме, когда они уже одни жили в своей квартире на Ленинском проспекте. Неожиданно оказалось, что он обращает внимание на красивые вещи, которыми окружила его жена. А она, как мы всегда смеялись, « кулацко- купеческая порода» сумела создать ему действительно красивый и удобный дом. Удобный для его научных занятий, которые он не прекращал до конца своей жизни. В своем кабинете он по-настоящему был счастлив, занимаясь любимым делом. Это было его увлечением, его страстью, его радостью.

---------------------------------

Долгие годы папа руководил кафедрой « Машины и аппараты органических производств». Коллектив кафедры подобрался дружный и квалифицированный. Я не помню, чтобы папа рассказывал о каких-либо конфликтных ситуациях на кафедре. Были аспиранты, некоторые из которых потом долгие годы работали в МИХМе. Кафедра несколько раз занимала первые места в социалистическом соревновании.

---------------------------------

Хочется отметить, что папа был одним из немногих зав. кафедрами, кто не был членом КПСС. В то время это было странным. Он не любил об этом рассказывать, но очевидно, что когда-то ему припомнили и кулацкое происхождение, и женитьбу на дочери «лишенных гражданских прав» родителей. С тех пор на вопрос, почему он не вступает в КПСС, папа всегда скромно отвечал, что не считает себя достойным. И отлично себя чувствовал. Единственное, что его коробило, это когда на партийных собраниях (а он как зав.каф. должен был на них присутствовать) начиналась закрытая часть, он и еще несколько таких же профессоров должны были покинуть зал. Так было.

---------------------------------

Наша семья до сих пор с благодарностью вспоминает тот доброжелательный климат, который был создан в МИХМе и особенно сотрудниками на кафедре. Поскольку папа был удивительно деликатный и интеллигентный человек и не терпел хамства, для него это было очень важно. Удивительно, но в нем, вряд-ли получившим хорошее воспитание в детстве, была внутренняя врожденная культура, которая даже студентов заставляла называть на «вы» и по имени отчеству. Смешно, но для меня, например, А.В. Каталымов всегда был Толей, а для его научного руководителя Анатолием Васильевичем. Папа не мог ставить двойки, особенно девочкам. «Им замуж хочется выйти бедненьким, какая уж тут учеба» – всегда жалел он их. Папу никогда не привлекала административная деятельность. Поэтому, когда в 1986 году произошло объединение двух кафедр, он безо всякого сожаления уступил место заведующего более молодому профессору Майкову В.П. С Виктором Павловичем у них всегда были уважительные отношения, поэтому и здесь для папы все сложилось комфортно. И главное, больше появилось времени для его основного увлечения, для работы, как он говорил, всей его жизни. Новая кафедра папе нравилась. Интересные, приятные люди. Он также читал лекции по своему курсу, вел аспирантов и дипломников, писал статьи.

---------------------------------

Папа всегда старался следить за своим здоровьем. «Движение может заменить лекарство» – говорил он. В более молодые годы катался на лыжах, делал зарядку, старался всегда много ходить пешком. Нам кажется, что он никогда не болел и не брал больничный. Был очень сильный физически и необыкновенно выносливый. Курить бросал постепенно, ломая сигареты пополам, тем самым уменьшая дозу. Бросил в 50 лет, хотя курил, как он говорил, с 8 лет. Единственно о чем сокрушалась мама, не ходил с ней в бассейн, который она регулярно посещала до 75 лет. Летом он много катался на велосипеде. И как раз с велосипедом связан страшный случай его жизни. Однажды, когда он в очередной раз возвращался с прогулки, пошел дождь. Папа и еще два мальчика спрятались под березой. Не было никакой грозы. Совершенно неожиданно в эту березу ударила молния. Когда папа очнулся, один мальчик плакал, а второй был без сознания. Папа поймал попутку и погрузил уже пришедшего в себя парнишку и его друга в машину. А сам спокойно доехал на велосипеде до дома. Надо сказать, что он был неверующий человек. Но тут он сказал смеясь: «Это высшая сила предупредила меня, чтобы я не лез в тайну мироздания, разгадкой которой я столько лет занимаюсь». Я вспомнила эти слова, когда ему поставили страшный диагноз через три месяца. И до сих пор я считаю, что это действие молнии изменило его кровь. А когда папа заболел, он этого совершенно этого не ощущал. Его сильный организм боролся потрясающе. «Не может быть у деревенского парнишки, съевшего в своей жизни столько антоновских яблок, таких болезней» всегда смеялся он. А болезнь была и прогрессировала, несмотря на лечение и, казалось бы, хорошие анализы. Ядовитая его кровь в мгновенье разрушила позвоночник, когда он собирался идти на лекцию в МИХМ и он упал. И больше не встал. С кафедры звонили, волновались. Замечательная Людмила Васильевна Суркова, которая многие годы с ним проработала и на старой, и на новой кафедрах. Умный и порядочный человек, она была на кафедре всегда его помощницей и опорой. Папа очень ценил и уважал ее. Она звонила, а мы ей что-то несуразное говорили, еще надеясь на чудо. Она и после ухода папы звонила маме и поддерживала ее. Спасибо большое. Владимир Степанович Карпов, дорогой наш человек, был всегда для нас с мамой Володей. Необыкновенно умный, эрудированный, аристократичный, чуткий, замечательный! Еще долгие годы после смерти папы он регулярно звонил маме, говорил добрые слова, поздравлял с праздниками. «Володя звонил», радовалась мама. А потом он вдруг не позвонил. Мы забеспокоились, и я позвонила по его телефону. Володи уже не было. Спасибо тебе, дорогой, и светлая память! Очень удивлялись, что ни разу, ни до, ни после смерти папы, не позвонил бывший его аспирант, его самый, пожалуй, успешный ученик А.В. Каталымов. Осуждать его не могу, прочитав недавно воспоминания о нем его товарища Любартовича В.А.. Но так было.

---------------------------------

№15.jpg


Похоронили папу на тогда еще новом и маленьком кладбище «Ракитки». Год назад, пережив его на 20 лет, упокоилась рядом с ним его Верочка. И в день папиного столетия мы все соберемся вспомнить его и в очередной раз рассказать о нем его внукам и правнукам. Мы будем радоваться тому, как нам повезло, ЧТО ОН БЫЛ С НАМИ!

Светлая, вечная память вам, любимые наши!

------------------------

Лукьянов Династия.jpg

Копии документов

Персональные инструменты
Пространства имён

Варианты
Действия
Навигация
Инструменты